Главная
Наши контакты
Подворье сегодня
Расписание богослужений
Часто задаваемые вопросы
История подворья
Троицкая школа
Интернет-магазин
Издательство
Хоровая деятельность
Интервью, статьи
Проповеди
Фотогалерея
Поиск по сайту
Изречения Святых Отцов
Святитель Филарет Московский
Иконы Пресвятой Богородицы
Жития Святых
Чтение Псалтири на Подворье
Душеполезные чтения 2017
Авторизация


Забыли пароль?
Вы не зарегистрированы?
Регистрация
Главная
Покаяние

***

преподобный Силуан АфонскийПодполковник В. Милонов трижды слышал голос, настоятельно призывавший его к самоубийству; когда же офицер перекрестился, голос перестал тревожить его

Жизнь послушника Василия Милонова, в миру отставного полковника гвардейской артиллерии, замечательна обращением его из неверующего в верующего и кающегося.

По его собственному признанию, в молодости он был вполне неверующий человек и, служа в гвардии в Петербурге, отличался в кругу товарищей разнузданностью нрава. Все святое ему было нипочем: он кощунствовал над святыней, смеялся над всяким выражением христианского благочестия, отрицал саму веру в Бога и вечную будущность человека. Мать его — старушка, женщина глубоко верующая и благочестивая, просила его остепениться, но напрасно. Сын ее продолжал кутить и развратничать, а она молилась за него усердно Богу, и Господь, хотящий всем спастись, внял ее мольбам.

Однажды, после попойки в кругу товарищей, Милонов вернулся к себе на квартиру и прилег отдохнуть. Не успел закрыть глаза, как слышит голос из-за печки: “Милонов, возьми пистолет и застрелись.” Это его очень изумило: он думал, что кто-то над ним шутит. Осмотрел комнату, никого не нашел и решил, что это игра воображения. Но голос снова ясно послышался из прежнего места и на этот раз весьма настоятельно требовал взять пистолет и застрелиться. Встревоженный, он крикнул денщика и рассказал ему, что слышал уже несколько раз неведомый ему голос из-за печки, призывающий взять пистолет и застрелиться. Денщик — верующий человек — сказал, что это — явно бесовское наваждение. Он посоветовал барину перекреститься и помолиться Богу. Милонов, давно не крестившийся и не молившийся, выбранил денщика за такое предложение, посмеялся над его суеверием и больше не хотел его слушать. Но денщик умолял последовать его совету: когда послышится голос, осенить себя крестным знамением. “Тогда увидите, что и Бог и бес существуют, голос сейчас же прекратится, ибо ясно, что он бесовского происхождения и хочет склонить вас к самоубийству, чтобы погубить вашу душу.”

Отпустив денщика и несколько успокоившись, Милонов опять услышал прежний голос из-за печки и решился перекреститься. Голос мгновенно умолк. Это поразило его. Он стал задумываться, вспоминать свою прежнюю жизнь. Невольный ужас напал на него, и он решился навсегда расстаться с прежними привычками и остальные дни свои посвятить покаянию в грехах.

Нимало не медля, подал он в отставку и, надев простой овчинный тулуп, пешком пошел в Киев с намерением поступить для покаяния в Киево-Печерскую Лавру. Лаврское начальство затруднилось его принять и заставило лично явиться к митрополиту. Тот очень удивился, видя перед собой полковника в нищенской одежде. Но когда Милонов откровенно рассказал ему свою жизнь, он не советовал оставаться в Лавре, как обители городской и шумной, а велел отправиться в пустынную Глинскую обитель к старцу-игумену Филарету и под его опытным руководством подвизаться для спасения своей души. Милонов так и сделал, пришел в Глинскую пустынь, открылся игумену Филарету и был принят в число братии. (Глинский патерик. С. 227).

 

***

Ради молитвы аввы Патермуфия Господь даровал иноку три года на покаяние

Авва Патермуфий посетил брата и застал его лежащим на одре болезни. Брат нелегко расставался с жизнью: совесть тяжко смущала его, он трепетал.

“Отчего ты, чадо, не готов к исходу? Видно, совесть — изобличительница твоего нерадения — не отступает от тебя.”
И больной взмолился: “Прошу тебя, отче, исходатайствуй перед Богом, да продлит, хотя бы ненамного, мою жизнь, чтобы мне очиститься.”
— “И ты просишь еще короткого срока для покаяния, когда уже настал конец твоей жизни? — удивился старец.
— А что ж ты делал раньше, во все продолжение жизни? Разве не мог ты лечить тогда свои язвы? Нет?! Ты к старым прилагал свежие..!”

Еще более настойчиво молил его умирающий.

“Если ты к старому злу не станешь прибавлять нового, — отвечал старец, — мы помолимся о тебе. Бог благ и долготерпелив и продлит еще ненадолго твою жизнь, чтобы ты мог уплатить свои долги.”

И, преклонив колена, старец начал молиться. Потом, поднявшись, обратился к больному со словами: “Господь дает тебе еще три года жизни, — только бы ты всем сердцем обратился к покаянию.” И, взяв его за руку, воздвиг с одра болезни. Выздоровевший немедленно последовал в пустыню за аввой.

Прошло три года. Авва привел брата на то место, откуда они ушли три года назад, И все пришли в изумление: точно Ангел Божий, а не человек стоял перед всеми, — так глубоко было его обращение к Богу! Между тем собралось множество братии. Старец поставил его посреди всех и, ставя его в пример, всю ночь беседовал с братией о плодах покаяния и обращения к Богу. Беседа продолжалась. Брат точно тихо засыпал и заснул навеки!

(Руфин. Жизнь пустынных отцов. С. 60).

***

Умирая, авва Сисой просил у пришедших за ним, чтобы дали ему время на покаяние

 

Рассказывали об авве Сисое.

Когда он болел, сидели у него старцы и с некоторыми он разговаривал.

Старцы спрашивали его: “Что ты видишь, авва?” — “Вижу, — отвечал он, — что идут за мной, и прошу их, чтобы дали мне несколько времени на покаяние.”

Один из старцев говорит ему: “Если и дадут тебе некоторое время, можешь ли теперь принести спасительное покаяние?”

— “Я не могу этого сделать, — отвечал старец, — но хотя бы поплачу о своей душе, и этого довольно для меня”

(Достопамятные сказания. С. 257. № 43).

***

Брат спрашивал авву Пимена: “Я сделал великий грех и хочу каяться три года.” — “Много,” — говорит ему авва Пимен. “Или один год,” — говорил брат. “И то много,” — сказал опять старец. Бывшие у старца спросили, не довольно ли сорока дней. “И этого много, — сказал старец. — Если человек покается от всего сердца и более уже не будет грешить, то и в три дня примет его Бог.”

(Древний патерик. 1914. С. 30. № 10).

***

Спрошен был старец одним воином, принимает ли Бог раскаяние. И старец, поучив его многими словами, говорит ему: “Скажи мне, возлюбленный, если у тебя разорвется плащ, то выбросишь ли его вон?” Воин говорит ему: “Нет! Но я зашью его и опять буду носить.” Старец говорит ему: “Если ты так щадишь свою одежду, то тем паче Бог: разве не пощадит Он Свое творение?” И воин, убедившись в этом, отошел с радостью в свою страну.

(Древний патерик. 1914. С. 35. № 23).

 
Назад Назад


Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее мышкой и нажмите Shift+Enter
 
їїїїїї.їїїїїїї