Главная
Наши контакты
Подворье сегодня
Расписание богослужений
Часто задаваемые вопросы
История подворья
Троицкая школа
Интернет-магазин
Издательство
Хоровая деятельность
Интервью, статьи
Проповеди
Фотогалерея
Видеоканал на Youtube
Поиск по сайту
Изречения Святых Отцов
Святитель Филарет Московский
Иконы Пресвятой Богородицы
Жития Святых
Чтение Псалтири на Подворье
Душеполезные чтения 2018
Авторизация


Забыли пароль?
Вы не зарегистрированы?
Регистрация
Главная

Лесная обитель

К концу второго года жительства преподобного Сергия на Маков-це о нем было уже известно многим искателям истинного подвижничества. Поначалу приходили к нему для беседы и назидания, но вскоре появились среди приходящих и те, кто желал подвизаться под руководством молодого, но уже столь опытного пустынножителя. Сергий на первых порах не только не хотел принять их, но и прямо запрещал селиться в своей пустыни, предупреждая о тяготах и трудностях пустынного жительства. Пришедшие к нему соглашались терпеть все ради того, чтобы жить рядом с таким угодником Божиим. Всегда покорный воле Божией, и на этот раз, уразумев пути Божии, Преподобный давал первое наставление пришедшим: «Я не изгоню вас, поскольку и Спаситель наш говорил: Грядущего ко Мне не иждену вон, и Давид сказал: Се коль добро и сколь красно еже жити братии вкупе. Я, братие, хотел жить один в пустыни сей и так скончаться на месте сем. Но если угодно Богу, чтобы быть монастырю в этом месте и многой братии, да будет воля Господня! С радостью принимаю вас. Только потрудитесь создать себе келлии. И да будет вам известно, что если в пустыню сию жить пришли, если со мною в месте этом пребывать хотите, если работать Богу пришли, приготовьтесь терпеть скорби, беды, печали, всякие трудности и нужду, и недостатки, нестяжание и бодрствование…»

Вокруг лесной церковки одна за другой возникают 12 келлий — по числу учеников, и это число долго остается неизменным. Так Господь прикровенно дает понять, что здесь, в лесной глуши, совершается нечто важное и новое, чему должны научиться подвижники, приходящие сюда из разных концов Русской земли, как когда-то учились у Него апостолы... 

...Жизнь в монастыре течет неспешно, по раз и навсегда заведенному чину. Семь раз в день братия собираются в церковь на молитву, во исполнение слов Псалмопевца: седмерицею восхвалил тя (ср.: Пс. 118, 164). Между этими положенными по Уставу церковному службами братия совершают еще молебные пения, молятся они и во время работ, во время краткого отдыха в келлиях. Непрестанная молитва по заповеди апостола и по примеру святых отцов была их неукоснительным правилом. По праздникам в обитель приходил священник из ближайшего села или игумен Митрофан, постригавший Преподобного в монашество, и совершал литургию, за которой братия причащалась Святых Христовых Таин.

Руководил жизнью в обители, конечно же, Преподобный, но сам он оставался лишь смиренным иноком, не облеченным ни священным саном, ни игуменским званием. Он управлял исключительно силой собственного примера, кротким и смиренным словом и на деле исполнял завет Христов: кто хочет быть первым, будь из всех последним и всем слугою (Мк. 9, 35). Преподобный принимает на себя все самые трудные и нелюбимые братией работы: носит воду в двух водоносах (нередко тайно и оставляет ее при дверях братских келлий), рубит дрова и складывает в аккуратные поленницы около дверей келлий, мелет зерно. Печет хлеб, кроит и шьет одежду для себя и для братии. Если кто-то из братий отходил ко Господу, сам готовил усопшего к погребению. По слову преподобного Епифания, святой начальник Лавры служил братии как раб купленный, всячески стараясь облегчить им жизнь.

Так сложилась полнокровная монашеская община, хотя в ней еще не было канонически поставленного игумена. По-прежнему братия совершали положенные Уставом богослужения, но с ростом числа братии все острее сказывалась необходимость в священнослужителе, могущего совершать Божественную литургию, которая есть сердцевина и основание жизни во Христе...

...На время острота проблемы снялась с приходом игумена Митрофана. Он был уже в годах и пришел в обитель, чтобы здесь окончить свои дни. Однако в обители игумен пробыл не больше года, после чего заболел и вскоре преставился ко Господу. Братия все чаще стали приступать к Преподобному с требованием, чтобы он принял священный сан и управление обителью. Преподобный Сергий уклонялся от этой чести, сколько мог. Однако братия тоже стояли на своем. Да и жизнь на Руси была слишком тяжелой и опасной. Многие приходили в обитель, ища защиты и отдохновения, и им тоже нужен был исповедник и совершитель Божественного Таинства.

Однажды братия, собравшись все вместе, пришли к преподобному Сергию и сказали: «Отче! Мы не можем долее жить без игумена. Исполни наше сердечное желание: будь нашим игуменом, будь наставником душ наших. Мы будем каждый день приходить к тебе с покаянием и открывать перед тобою нашу совесть, а ты будешь подавать нам прощение, благословение и молитву. Мы желали бы видеть тебя совершаю-щим ежедневно Божественную литургию и от твоих честных рук причащаться святых Христовых Таин. Ей, честный отче, таково наше общее сердечное желание. Не откажи нам в этой милости».

Преподобный и на этот раз отказался, прося братию оставить его Богу, чтобы Он творил на нем Свою святую волю. Не трудов и ответственности боялся святой Сергий — нет, боялся он только одного: повредить своему спасению, нарушить волю Божию, приведшую его в пустыню для смиренной и покаянной молитвы. Однако именно воля Божия ясно проявилась в упорстве братий, которые, беззаветно любя своего учителя, впервые воспротивились ему. «Зачем ты, отче,— говорили они,— отказываешься исполнить наше общее желание? Ведь ты основатель этой обители. Будь же ей и настоятелем. Твоя добродетель собрала нас здесь — она же пусть и управляет нами. Ты насадил виноград сей — ты и питай нас своим учением и плодами примера твоего»...

...И еще несколько дней продолжались эти переговоры и уговоры. В этих беседах с братией просияло поистине Христово смирение Преподобного. «Простите меня, отцы мои и господие,— со слезами говорил он старцам, пришедшим к нему за решительным ответом,— кто я, грешный, чтобы мне быть иереем Божиим? Как дерзну я на такое служение, перед которым со страхом и трепетом преклоняются и сами Ангелы? Нет, это выше меры моей, отцы мои: я еще не начинал жить по-монашески — как же я осмелюсь коснуться святыни Божией? Вот мое дело: плакать о грехах моих, чтобы вашими же святыми молитвами достигнуть оного края желаний, к которому стремится от юности моя грешная душа».

Братия поняли, что никакие уговоры не склонят их любимого Авву изменить свое решение, и тогда прибегли к последнему средству: сказали, что оставят служение Святой Троице, разойдутся «с места сего» и станут невольными нарушителями своих обетов. Святой Сергий услышал в этих словах Божественный наказ и смиренно ответил: «Желаю лучше учиться, нежели учить, лучше повиноваться, нежели начальствовать, но боюсь суда Божия. Не знаю, что угодно Богу; святая воля Господня да будет!»

 

 

 
Назад Назад


Если вы заметили ошибку в тексте, выделите ее мышкой и нажмите Shift+Enter
 
їїїїїї.їїїїїїї